ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОЗА Ц.ТУМЭНБАЯР

М.П.ПЕТРОВА
Санкт-Петербургский государственный университет
mariap2001@mail.ru

В конце ХХ века во всех сферах жизни Монголии произошли большие перемены. Они коснулись политической, экономической, социальной, культурной, нравственно-духовной сторон существования общества. Отразились они и на человеческих судьбах.

Современное состояние монгольской литературы, с одной стороны, подготавливалось предшествующими десятилетиями, а с другой – определяется теми коренными изменениями, которые произошли в стране. Такие исследователи монгольской литературы, как Л.К.Герасимович, Л.Г.Скородумова, Ч.Билигсайхан отмечают, что сегодня, как в поэзии, так и в прозе преобладают модернистские тенденции: создание авторами философски чрезвычайно насыщенных текстов, где философия дана и в прямых сентенциях, и растворена в художественной ткани произведений. Для модернистской прозы характерна также ориентация на архаическую, классическую и бытовую мифологию. 1

Вместе с тем не ослабевает интерес монгольских поэтов и прозаиков к внутреннему миру человека. Тенденция перехода от описательности к психологизму в полной мере развивается в произведениях авторов конца ХХ – начала ХХI вв. Сегодня этот интерес, не характерный для литературы ХIX в. становится естественным и последовательным. Необходимо отметить, что психологизация повествования признаётся сегодня одной из ведущих тенденций развития и мировой литературы. Многогранное человеческое «Я» называют отправной точкой творческого осмысления мира, а его воспроизведение в литературе связывают с решением её главной задачи – извлечением жизненного смысла.2

Пристальное внимание монгольских авторов к психологии героев приводит к заметному повышению уровня художественного изображения. Писатели уже не просто констатируют, но и мотивируют поступки и действия своих героев. В отличие от всех предыдущих периодов развития литературы сегодня поэзия значительно уступает прозе. Многие авторы, начинавшие как поэты, на рубеже ХХ – ХХI веков становятся ведущими прозаиками.

Такова и творческая судьба Ц.Тумэнбаяр. Она, ученица известного новеллиста и романиста прошлого века  С.Эрдэнэ, пришла в литературу как поэт. Но, выпустив всего один поэтический сборник «Цветочный нектар»3 , обратилась к прозе.  Один за другим выходят из печати сборники её рассказов: «Шаманка»4 , «Волк, преисполнившийся мудрости»5, «Одинокая струна не звучит»6, «Легенда о камне-яйце»7. Рассказ «Лучшая часть чая»8 лёг в основу киносценария. Необходимо сказать, что писательская деятельность Ц.Тумэнбаяр успешно сочетается с её работой в качестве журналиста в различных периодических изданиях – газетах «Зууны мэдээ» и «Зохист аялгуу», а также большой общественной активностью.

Ц.Тумэнбаяр с полным правом можно назвать сложившимся мастером рассказа. Малые прозаические жанры – эссе, очерк, рассказ, повесть – быстро откликаются на изменения в обществе. Художественное пространство произведения малой прозы ограничено определённым количеством персонажей, небольшим пространством и малым отрезком времени. Сюжет, если он есть, развивается динамично. Концепт или сформулированная идея произведения доводится до читателя с помощью ограниченного набора средств и за минимальное время.

Писательница Ц.Тумэнбаяр редко выходит за рамки избранного жанра рассказа. Все сборники её произведений имеют чёткое жанровое определение – fuoollэгooд, т.е. рассказы, а книга «Одинокая струна не звучит» даже уточнение – рассказы о любви.

Сегодня автора волнуют любовные, морально-этические, реже – исторические темы. Персонажи её рассказов – жители современного города и худонской 9 глубинки, иногда – известные исторические личности. Действие большинства рассказов разворачивается в современной Монголии. Необходимо отметить, что в литературе предыдущих десятилетий город как место действия встречался довольно редко, т.к. для кочевой цивилизации в целом город – явление относительно новое. Для Ц.Тумэнбаяр жизнь и судьба современного горожанина – одна из основных тем. Персонажи «городских» рассказов – люди чаще всего молодые, ищущие своё место в жизни.

Девушка Ганцэцэг ( «Обнажённая натура»10), работающая натурщицей у живописца, художник-вдовец, оставшийся с маленькой дочерью на руках после смерти любимой жены («Ночная серенада»11), молодая героиня рассказа «Парень в белой-пребелой рубашке» 12, влюбившаяся в прохожего, Солонго- жена богатого бизнесмена («Яйцеклетка» 13), уступившая просьбе мужа прибегнуть к услугам суррогатной матери.

Информационный поток каждого рассказа, распадаясь на несколько пластов, служит формированию основной идеи – концепта произведения. Например, содержательно-фактуальная информация рассказа «Обнажённая натура» – открытие выставки молодых художников. Девушка, работавшая натурщицей, видит прекрасное полотно с её изображением на романтическом фоне. Картина занимает первое место на конкурсе работ начинающих живописцев. Художник благодарит свою натурщицу, холодно прощается с ней и покидает вернисаж вместе со своими гостями. Основная информация об отношениях между живописцем и натурщицей, о её настроении и чувствах передаётся, в основном, в виде подтекстного пласта, существующего в самом тексте как подводное течение и сообщающее рассказу глубину и дополнительную значимость. И линейный, и подтекстный потоки направлены на формирование концептуальной информации , которая выделяет двойственность натуры молодого художника, свойственную большинству творческих личностей, т.е. изображение возвышенных чувств в искусстве и абсолютную чёрствость в отношении к окружающим его людям. С другой стороны перед читателем открывается прекрасная душа Ганцэцэг, искренне полюбившей живописца. Автор представляет здесь двух людей примерно одного возраста, одного социального слоя, но обладающих такими разными душевными качествами.

Если тема города является относительно новой для монгольской  литературы, то тему худона можно назвать традиционной. Персонажи «худонских» рассказов – чаще всего люди немолодые. Некоторые даже никогда не покидали пределов родного кочевья, другие, как в рассказе «Лучшая часть чая» 14 , съездили в город, погостили у своих детей и вернулись обратно, испытав ностальгию по своему нутугу. 15 Герои рассказа «Баня» 16 напротив, молодожёны, искренне любящие друг друга. Но, будучи скованными традицией не показывать своих чувств на людях, они бывают предоставлены друг другу только в бане, двадцать минут один раз в неделю. «И когда заканчиваются эти двадцать минут, банщица, толстая темнолицая тётка, кричит так, что и у глухого лопнули бы барабанные перепонки: «Ваше время истекло, следующий на очереди, выходите»  и чуть ли не вышибает ногой дверь.»17

Любовныйтреугольник предствлен в рассказе «Дээл 18 с неправильным запахом» 19. Пятидесятилетний муж признаётся своей бездетной жене в том, что у него родился сын на стороне. Бадрах просит искусную Цэмцээ сшить для его внебрачного сына особую дээл с застёжкой не на правом, как положено по традиции, а на левом плече, чтобы злые духи не нашли дороги к душе ребенка. Дээл с неправильной застёжкой становится художественным символом материнской любви, которой лишена Цэмцээ. Тумэнбаяр здесь поднимает тему женской судьбы, доли. Чётко прорисованные психологические портреты персонажей служат актуализации концепта рассказа – женщина несчастна, если у неё нет детей.

Одиночество, смерть – темы рассказа «Пугало» 20. Главный герой – путевой обходчик, имя которого все давно забыли и называют Пугалом. Это говорящее имя, обозначающее характеристику, наиболее присущую персонажу, а именно – торчать около своего домика на железной дороге и «отпугивать» проходящие мимо поезда. Единственным ярким событием в жизни Пугала была поездка на праздник в центр и награждение телевизором за хорошую работу. Жизнь прошла в полном одиночестве. В один из дней на железнодорожном переезде уже не увидели привычной фигуры. Отсутствие этой художественной детали означает смерть персонажа.

Историческая проза – явление традиционное для монгольской литературы.  «Сокровенное сказание монголов» 1240 года, монгольские исторические хроники, романы Инжиннаша, исторические романы, созданные в ХХ в. Ш.Нацагдоржем, С.Эрдэнэ и другими – вот лишь вехи формирования этого устойчивого литературного направления. Тумэнбаяр также отдаёт дань этой традиции. Однако в раскрытии исторических тем она идёт нетрадиционным путём. Писательница создаёт художественное произведение – рассказ, действие которого разворачивается в пределах минимального отрезка исторического времени, предметом служит очень конкретное событие, количество персонажей строго ограничено.  Восприятие скрытого, имплицитного смысла этих произведений возможно только при соответствующей подготовке читателя или наличии комментариев, которые автор и даёт в конце каждого исторического рассказа.
Наибольшей эмоционально-психологической глубиной, на наш взгляд, отличается рассказ «Легенда о белом молоке» 21, где речь идёт о войне между восточномонгольскими и ойратскими князьями в 1413 – 1414 гг. Описание прекрасного летнего дня резко контрастирует с состоянием двух героинь рассказа – молодой ханши Насан – жены ойратского хана Шарбаатара и его пленницы Монголжин. Обе беременны и у обеих уже начались схватки. Из краткого ретроспективного экскурса читатель узнаёт о том, что муж Монголжин погиб накануне от меча Шарбаатара, а она попала в плен. Ойратский хан издаёт указ о том, что если у пленницы родится дочь, то он оставит их вживых. Если же у его жены родится сын, то он добровольно прекратит войну с Халхой. У пленницы появляется на свет сын, у Насан – дочь, но они меняются детьми. Шарбаатар догадывается о подмене, но, исполняя последнюю волю своей умирающей супруги, оставляет вживых детей и Монголжин и издаёт указ о том, что у него родился сын. Художественная деталь – молоко, излившееся из груди умершей ханши – в конце рассказа превращается в метафору сooн цагаан туяа – белое словно молоко сияние, исходящее с востока перед восходом солнца.

Подобная имплицитная манера письма тесно связана с психологической прозой, прослеживающей, объясняющей и показывающей динамику движения человеческой души. 22

Особняком в прозе Ц.Тумэнбаяр стоит произведение «Шаманка» 23, которое по основным жанровым характеристикам логичнее было бы назвать повестью. В центре внимания автора – жизнь старухи Тангуд от рождения до самой смерти. Произведение выходит в свет в 1993 году, в то время, когда в монгольском обществе возрождается интерес к  различным  религиозным верованиям, в том числе и к шаманизму. Героиня повести – шаманка. На это сразу указывает заголовок, который несёт в себе раскрытие самой важной темы произведения. Далее в тексте слова «шаманка» – удган  употребляется множество раз. Таким образом, заданное в заголовке слово «пронизывая» весь текст, связывает его. Заголовок выполняет свою основную функцию – актуализирует концепт повести.

Уже в первом абзаце, зачине произведения, автор вводит имя собственное своей героини – Тангуд и его определяющую характеристику – чавганц- старуха, согласно монгольской традиции: старая, остриженная женщина, посвятившая себя богу.24  Здесь Ц.Тумэнбаяр пользуется приёмом «начала с середины», кратко останавливаясь на описании внешности старухи, мимоходом затрагивая лишь отдельные черты: «платок, сбившийся на лоб», «чёрные-пречёрные руки с въевшейся под ногти грязью». Старуха Тангуд ест червивую баранью голову, которую она на днях отобрала у бродячих собак. Следующее далее описание ужасного жилища одинокой старухи является ещё одним штрихом к характерологическому портрету героини. Не случайно многократное употребление эпитета хар – чёрный, имеющего несколько семантических значений в монгольском языке: бедный, чужой, пустой. Эта тональность поддерживается в первой части повести и в её конце при описании ужасной смерти старухи.

Дальнейшее композиционное развёртываение текста происходит во второй части, где автор, пользуясь приёмом ретроспекции, описывает жизнь Тангуд с того момента, когда она, круглая сирота, становится шаманкой своего рода. У неё появляется приличный чум, крытый шкурами лосей, спит она на новеньких шкурах антилоп и оленей, а укрывается одеялом из соболей. Так и должна жить хранительница рода, прилежно исполняющая все положенные обряды.
Но автор ведёт сюжет своей повести к кульминационному моменту. Будучи человеком из плоти и крови, шаманка Тангуд влюбляется в молодого охотника. Единственная ночь, проведённая в его объятиях, приводит к рождению сына. Сородичи  принимают сына шаманки как дар неба. Сама же Тангуд, в которой ведут борьбу два начала – человеческое и небесное - относится к ребёнку неровно. То бьёт и ругает его, то неистово ласкает и балует. Чередуя такие композиционно-речевые формы, как повествование и рассуждение, Ц.Тумэнбаяр ведёт действие к развязке. Сын вырастает, становится охотником, как и его отец. Здесь особую роль играет такая художественная деталь, как «необычный пронзительный взгляд карих как у волка глаз» - единственная использованная для описания отца-охотника. Через много лет Тангуд мать почувствует на себе точно такой же взгляд, но уже её сына. При помощи этой художественной детали автор обращает внимание читателя на повторяемость ситуации, в которой сын навсегда покидает мать, точно также, как и его отец. Эта деталь служит признаком лаконичного, экономного стиля автора. Выяснив в результате камлания, что сын исчез и никогда больше не вернётся к ней, Тангуд бросает своё занятие, покидает свой род и уходит в неизвестные края на поиски сына. Сломанное шаманское дерево удган мод – символ конца шаманской деятельности Тангуд.

Развязка действия – смерть старухи Тангуд в чужом краю, среди чужих людей, которые даже не знают, откуда она родом и как попала в их кочевье.

Конец, завершающий данную повесть, можно отнести к открытому, так как он представляет собой вопрос в его грамматической форме, а по сути – философскую сентенцию, определяющую авторскую позицию: «Может быть она, готовая вытерпеть любую обиду, находила утешение в проклятиях и ругательствах, воспринимая радость счастливых людей как оскорбление несчастного человека?».

В целом, прозу Ц.Тумэнбаяр можно с полным правом отнести к психологической, так как предметом изображения в ней выступает внутренний мир человека. Автор явно тяготеет к имплицитной манере изложения, где подтекст или импликация играют ведущую роль. Морально-этический урок, заложенный в каждом её произведении, чаще всего скрыт и читателю предоставляется возможность самостоятельно сделать определённые выводы. Тщательная «прорисовка» образов персонажей, аллегории, сравнения, эпитеты, символы и художественные детали ведут к углублению эмоционально-психологического содержания рассказов Ц.Тумэнбаяр. Её тексты организуются таким образом, что контекстуальные значения разворачивающегося сообщения реализуются дважды: эксплицитно, через линейные связи цепочки микроконтекстов, и имплицитно, через отдалённые, дистантные связи единиц всего текста. Пронизывая текст единым сознанием, миропониманием и мироощущением, формируется и определённый образ автора, как глубинный связующий элемент произведения. Анализируя психологические тексты Ц.Тумэнбаяр в хронологическом порядке мы видим, как эволюционирует этот образ. Необходимо отметить, что проза Тумэнбаяр уже заняла определённое место в современной монгольской литературе. Об этом свидетельствует большой интерес к её творчеству как со стороны читателей, так и со стороны критиков, литературоведов и переводчиков.  

0 comments:

Тоолуур

Далбаа тоологч

Total Pageviews